Массив публикаций как источник информации о научной дисциплине | Эшелоны дисциплинарной публикации | Формирование и организация публикационных эшелонов | Функции массива публикаций

Как уже указывалось, описанные выше изображения науки имели дело с единичными актами деятельности на переднем крае дисциплины, а ее историческое развитие понималось опять-таки как движение переднего края. Естественной выглядит попытка развернуть изображение научной деятельности и ее отражение в массиве дисциплинарной публикации "в глубину". Обозначим, не нарушая единства терминологии, единицы, в которых происходит развертывание, как "эшелоны", находящиеся на различном временном удалении от переднего края. В содержательном отпашем пни речь идет о дополнении представлений об историческом развитии дисциплины (ее филогенезе) изображением своего рода онтогенетических ее особенностей. Основными процессами, в которых наиболее полно выступают эти особенности, являются ассимиляция новых исследовательских результатов в структуре дисциплинарного знания и вывод новых членов дисциплинарного научного сообщества на передний край исследований. Оба процесса должны быть изображены уже не как единичные факты (такое упрощение является слишком сильным), а как определенная последовательность этапов, совокупная протяженность которых обычно составляет несколько лет, а в отдельных случаях и значительно больше. Оба эти процесса ограничены, с одной стороны, передним краем исследований (здесь появляются новые результаты и здесь же заканчивается "обучение" научного пополнения), а с другой, – целостным систематическим изложением предмета дисциплины, каким он предстает внешнему наблюдателю в учебных курсах, популярных изложениях и т.п. Направленность процессов противоположная.

С этой точки зрения мы можем расчленить и массив дисциплинарной публикации, выделив в нем эшелоны, находящиеся на различном удалении от переднего края исследований. Главным признаком для такого расчленения могут служить жанровые характеристики публикаций. Из истории науки известно, что отдельные жанры научной публикации (монография, статья, учебник, реферат и т.п.) появлялись в разное время в ответ на определенные потребности развития научной деятельности (оперативность коммуникации между исследователями, информационное обеспечение массовой научной профессии, сохранение приоритета и т. д.). Появление в каждом случае некоторого нового жанра не означало, что он заменяет какой-либо из уже существующих; новый жанр дополнял список уже существующих с соответствующим перераспределением функций внутри массива в целом. Иными словами, мы можем предполагать, что каждый жанр публикации выполняет внутри массива (и дисциплины) совершенно определенные функции, отличаясь в этом отношении от других жанров.

Представление о функциональной специфичности жанра опирается не только на исторические характеристики массива, но и на определенные системно-теоретические соображения. Рассматривая дисциплину как систему, обладающую развитыми механизмами саморегулирования, мы обязаны предполагать, что эти механизмы в каких-либо своих проявлениях (скажем, в форме критериев) должны быть "видимы" для всех участников дисциплинарного сообщества. На этом базируется и предположение об участии массива в целом в процессах дисциплинарного регулирования.

Поэтому и расчленение массива публикаций на некоторые функционально специфичные компоненты происходит в результате того, что эти компоненты, во-первых, достаточно устойчивы, а, во-вторых, основные функции каждого из них (но не вся совокупность взаимоотношений между ними) интуитивно очевидны для всего "населения" дисциплины. (Именно из этого представления о функции каждого жанра исходят при изучении публикации историки науки, специалисты в области библиотечного дела, информатики и др.)

Для интерпретации подмассивов публикаций как эшелонов дисциплинарного массива расположим их в последовательности по временной удаленности от переднего края дисциплины, взяв в качестве единицы масштаба минимальный отрезок времени, необходимый для того чтобы полученный на переднем крае исследований результат мог быть опубликован в каждом из жанров. Последовательность публикаций (с естественным огрублением) будет следующей:

1. журнальные статьи и публикации докладов на научных собраниях:
2. подтверждающие сообщения, обзоры периодики (проблемные, аналитические и т. д.) и обзоры научных собраний за какой-либо период времени;
3. тематические сборники, монографические статьи, индивидуальные и коллективные монографии;
4. учебники, учебные пособия, хрестоматии, научно-популярные изложения содержания дисциплины и т.п.

Разумеется, содержание каждого из подразделений может быть существенно развернуто, но для наших целей это не нужно, наоборот, мы вслед за другими исследователями публикаций еще больше упростим обозначение каждого из эшелонов, назвав его одним условным наименованием. Тогда вся последовательность примет такой вид: (1) статьи; (2) обзоры; (3) монографии; (4) учебники.

Эшелоны публикационного массива выступают как эмпирические эквиваленты (указатели) для выделения основных этапов в системе процессов, обеспечивающих целостность дисциплины. Соответственно, действие механизмов, регулирующих протекание каждого процесса, проявляется и может наблюдаться наиболее отчетливо на переходах между эшелонами, а функционирование каждого эшелона – интерпретироваться в терминах "вход – выход" .

Для обозначения предметного содержания, движущегося от эшелона к .эшелону, мы применяем термин "информация" (как он используется в информатике). При этом каждый эшелон рассматривается как совокупный носитель информации, который поступает на "вход", обрабатывается, перекодируется и через "выход" передается следующему эшелону. Как показатели способов обработки, организации и кодирования информации в каждом эшелоне рассматриваются жанровые особенности публикаций.

Одновременно с этим каждый эшелон анализируется и как дискретное множество однородных публикаций, причем важную роль приобретают его количественные характеристики. Эшелоны сильно отличаются друг от друга по объему, причем их величина убывает по мере удаления от переднего края, начиная с огромного и быстро растущего массива статей и кончая относительно небольшим массивом учебников. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что наряду с организацией содержания каждого эшелона обработка информации предусматривает и простой отсев публикаций, причем величина этого отсева, варьируя от дисциплины к дисциплине, достигает иногда около половины объема эшелона. Это особенно отчетливо видно на материале обработки массива статей, значительная часть которых попадает в архив, не встречаясь больше ни в ссылках, ни в обзорах (Величина этого показателя значительна и на "входе" эшелона когда речь идет об отборе рукописей редакциями журналов.). Из архива публикации в дисциплину уже не возвращаются, в лучшем случае они могут быть впоследствии обнаружены историками науки и ретроспективно переоценены.

Если объективность и критерии такого отсева – предмет особого изучения, то его эффективность прежде всего с социологической точки зрейия весьыа велика. отсеивается не только содержание публикаций, существенно редуцируется от эшелона к эшелону список авторов вкладов и авторов, на которых эти последние ссылаются. По мере укрупнения масштабов информационных блоков изменяются критерии оценки личного вклада и при близости содержания нескольких публикаций все большее количество имен попадает в рубрику "и другие" (в том числе при существующих нормах цитирования и соавторы, которым не повезло с первой буквой фамилии). Наконец, в дисциплинарной классике – в этом естествознание кардинально отличается от гуманитарных наук – формальная ссылка на автора наиболее крупных и общеизвестных достижений (Евклида, Ньютона, Менделеева) вообще не практикуется, если данному вкладу официально не присвоено имя автора.

Количественные характеристики публикационных эшелонов существенно влияют и на содержание процесса пополнения научного сообщества, в основе которого лежит специализация новичков. Здесь публикации каждого эшелона должны обеспечить читателю ориентиры, дающие ему возможность отбирать релевантные публикации в массиве следующего, значительно, более крупного по объему публикационного эшелона.

Наконец, рассматривая эшелоны массива публикаций и процессы внутри научной дисциплины, мы в соответствии с поставленной задачей подчеркиваем системный характер изучаемых объектов. Это, однако, не означает, что массив публикаций или дисциплина в целом понимаются нами в их функционировании как автомат. Наоборот, выделение специфических норм, детерминант и регулятивов производится, для того чтобы показать условия, в которых развертывается деятельность научного сообщества, составляющих его группировок и индивидуальных ученых, как деятельность рациональная, основанная на принятии и реализации мотивированных решений (индивидуальных и коллективных).