Москва, бабье лето, температура
- Сережа
Кузнецов предлагает открыть сеть по продаже горячей кукурузы и назвать ее
«У Ивана Кузина».
- На
рекламе из «Большого города» видела самое пост-феминистское высказывание
на свете. Звучало оно так: «Летом так жарко, и всем приходится
раздеваться. При этом мужчины жаждут любви и секса, а женщины - успеха и
карьерного роста.» Но ладно, пусть пост-феминистское. Меня в нем больше
смущают какие-то неявные причинно-следственные связи. Невольно начинаешь
думать про зиму в таком же аспекте. «Зимой так холодно, и всем приходится
одеваться. При этом мужчины жаждут любви и секса, а женщины - успеха и
карьерного роста. А нет бы вместо этого всего просто тяпнуть водки и
согреться быстро и задешево!»
- Дать
объявление: «Принимаем части России на реализацию».
- Митя
Кузьмин долго искал пригласившую его в гости литературную даму в далеком
немецком поселке. В поселке дома нумеровались по мере постройки, - то есть
логического порядка нумерации, способного помочь уставшему путнику найти
долгожданный приют, не было вообще. Совсем, никакого, совершенно. Сорок
минут Митя рыщет по поселку в поисках номера, ну, скажем, четыреста
двадцать два. Наконец, наконец находит! Медленно идет Митя к двери и
видит, что на ней висит какой-то листок… «Дорогой Дмитрий!» - написано на
листке, - «Наконец-то Вы нас нашли!»
- «Я
живу в вашей дикой, грязной, жульнической стране, с ее коррумпированной
властью, мафиозным бизнесом, необразованным населением, вечным пьянством,
страшной историей, смутным будущим и чудовищным климатом совершенно
добровольно – и вы еще смеете называть меня русофобом?!»
- Сделать
граффити на стене… ммм… чего-нибудь подходящего: We Jews don’t have to work Satan. We fuck him!
- N. интересуется ценами
на психотерапию и психоанализ. Ты, говорит NN, реши сначала, чего ты хочешь. А
в чем разница? – спрашивает N. Ну, говорит NN, сильно огрубляя – терапия дает тебе решение
непосредственно тех или иных проблем. А анализ способен в корне изменить
структуру твоей личности… А по деньгам? – спрашивает N. По деньгам, говорит NN, примерно одно и то
же. Ха, - говорит N.,
- понятно, что за те же деньги я хочу в корне изменить структуру своей
личности!
- Катя
Андреева пишет: «Обрабатываю я тут фотографии для Митиной галереи, которая
«Лица русской литературы». Мне стыдно, но, можно, я тебе признаюсь? Я
называю этот процесс «начищать морды литераторам»…»
- Она
же говорит: «И я говорю Антону, что мой массажист, оказывается, что-то
ужасное со мной делал, а надо совсем не так. И тут он заявляет, что этот
мой массажист всегда казался ему садистом и извергом и вообще ему не
нравилось, как тот со мной обращался! Ну вот живешь-живешь с человеком
годами, а потом оказывается, что все это время он был чем-то недоволен!»
Не забыть
повесить под ним лампаду.
- Юра,
говорю, скажи мне доброе слово. Юра: «Тебе какое именно?»
- Перевожу
Кона на английский за неким рабочим делом. Рассказываю от этом Мите. Это
Вы, - говорит Митя, - его в качестве писателя переводите? Ну да, - говорю,
мне дали список, сказали – это писатели, я, как зайчик, перевожу. Да,
говорит Митя, известный русский писатель Игорь Кон, автор многих
триллеров… Вы знаете, - говорю, - Митя, вот я сейчас перевожу его статью
про мастурбацию. И, кажется, следователь вот-вот выяснит, что он и есть
убийца…
- Word знает слово
«Паваротти». Вот это и есть слава – когда ты еще жив, а Word уже распознает твое имя.
- Маша
Гессен рассказывает, что приятель их, американский славист, устроил своим
студентам поездку по бывшему СНГ. В том числе привез их в Тбилиси. Нашел
местного человека, который выступал бы в качестве проводника, все такое.
Устроил студентов в гостиницу. Утром за завтраком подсаживается этот
местный человек к студентам, весь изумленный, и говорит тихонько: «Ребята,
слушайте, а ваш профессор – он что, немножко того?» Да нет, говорят
ребята, нормальный профессор… Ну, говорит проводник, а мне показалось, что
все таки слегка того… не в себе. Да нет, говорят ребята, не замечали… А
что, собссно? Понимаете, - тихо говорит проводник, он вчера убеждал меня,
что он… гномик. А??? – говорят ребята. Натурально говорю, - говорит
проводник, - подошел и говорит: «Вы знаете, я гномик…» Тут до ребят
начинает медленно доходить, и они меняются в лице. …Я ему отвечаю, -
говорит проводник, - ну хорошо, да, профессор, конечно-конечно, Вы гномик…
И тут он меня спрашивает: «Ты мне не подскажешь, где тут у вас в городе
собираются гномики?…» Я ему, - говорит проводник, - назвал одно кафе около
цирка, где эти тусуются… лилипутики. Но ребята, - он же несколько того, а?
Не в своем уме, а?…
- А
гроб господень у нас, значит, Holy Sepulchre. И теперь мы знаем, да, кто
такие сепульки в сепулькарии.
- «В
Торжке, - рассказывает Платонов, - золотошвейный завод. Так там, -
говорит, - к инаугурации Путина был заказ: большое полотно «Путешествие из
Петербурга в Москву» по мотивам Радищева. Восемь авторских копий они
сделали, - чуть не каждое ведомство себе хотело. Так на одном,» - говорит,
- «Они ошиблись и вышили слова «Путешествие из Москвы в Петербург»».
«Бессознательно», - говорит Никита, - «выдали желаемое за действительное…»
- И
только когда начинает западать клавиша "ю", по трудностям с
глаголами первого лица понимаешь, что пишешь все о себе да о себе.
- Особенности
национального. Висит на входной двери у нас: "Сниму квартиру в вашем
подъезде. Русский, сорок лет, коренной москвич, не курю, не пью, не дерусь..."
- В
беседе с N поняла, наконец, что же такое penis enlargement pills. Это,
очевидно, такие галлюциногены.
- Обедаем
во время ММКВЯ с Гавриловым, Юркой, Тигрой и Олей Чумичевой, которая
пиарщик «Амфоры». Чумичева рассказывает про новоизданный «Амфорой» роман
Саддама Хуссейна, - этот, как его? – «Анжелика и Король»? «Зульфия и
Гюльчатай»? В общем, ясно, какой. Слушай, Олечка, - серьезно говорит
Гаврилов, - а как с правами-то? Понимаешь, - так же серьезно отвечает
Чумичева, - мы искали автора, но не смогли найти. Но мы отдадим ему его
авторские экземпляры, как только он объявится. Обязательно. Непременно.
- "Лилечка,
я тебя не люблю, но помню." Кто-то, в метро, по телефону.
- Кмака
говорит: «…а в маленькую сумку влезает либо косметичка, либо еженедельник.
А я так устала выбирать между любовью и долгом!»
- Линия
жизни такой длины, что по ней можно вены резать. А у поэта N, например,
кончается на середине ладони. При этом N меня переживет, конечно. Он
вообще многих переживет. В заветной лире и т.д. Про тление не знаю. Не
уверена. Может, и не убежит тления. Тогда всем будет казаться, что в
заветной лире сдохла мышка.
- N,
иногда кажется мне, - это фамилия. Большая дружная семья. Шведская,
финская, отмороженная.
В ходе перевода этого самого списка
писателей на английский Юре достался Осокин. Переводит-переводит Юра Осокина и
вдруг видит один стишок совсем странный. Вглядывается и понимает, что – ну,
такая чистая заумь. Неожиданно для Осокина, но с кем не бывает! Юра, как
хороший переводчик, делает что? Он те слова, в которых проглядывают какие-то
осмысленные корни, переводит искаженными же словами с осмысленными английскими
корнями, а остальные слова транслитерирует английскими буквами. И только
закончив эту работу, он видит на следующей странице тот же стишок… На русском.
На предыдущей, оказывается, был он же, но на языке коми.
- Про
«плохих друзей переводчика». Фома рассказывает, что книга Милоша в
оригинале называлась «То». В переводе, соответственно, «Это».
- Счастье
наше, между тем, устроено так: увидеть, как падает звезда, успеть загадать
желание и через секунду понять, что звезда была - Полярная.
- Крокодил
Гена (при перечитывании это становится ясно) работал стриптизером.
Немолодым. Видимо, в соответствующем профильном заведении. Там так и написано:
"А работал он в зоопарке крокодилом. Придя на место, он
раздевался, вешал на гвоздик костюм, шляпу и тросточку и ложился на
солнышке у бассейна. На его клетке висела табличка с надписью АФРИКАНСКИЙ
КРОКОДИЛ ГЕНА ВОЗРАСТ ПЯТЬДЕСЯТ ЛЕТ. КОРМИТЬ И ГЛАДИТЬ РАЗРЕШАЕТСЯ."
Вообще смертельно грустная
история. 50 лет, живет один, играет сам с собой в крестики-нолики. Ищет друзей
по объявлению. "Маладой кракодил пятидесяти лет". О господи. И потом
этот инфантильный ,лопоухий, маленький. В чужом городе. Давай дружить.
Ну да.
- Вообще
лучшее из виденных мной описание знакомства по объявлению. Правда,
грустное до боли.
"На другой день поздно
вечером к нему в дверь кто-то позвонил. На пороге
стояла маленькая, очень серьезная
девочка.
- В вашем объявлении, - сказала
она, - целых три ошибки.
- Не может быть! - воскликнул
Гена: он думал, что их по крайней мере
восемнадцать. - Какие же?
- Во-первых, слово
"крокодил" пишется через "о", а во-вторых, какой же вы
молодой, если вам пятьдесят лет?
- А крокодилы живут триста лет,
поэтому я еще очень молод,- возразил
Гена.
- Все равно - надо писать
грамотно. Давайте знакомиться. Меня зовут Галя.
Я работаю в детском театре.
- А меня зовут Гена. Я работаю в
зоопарке. Крокодилом.
- А что мы будем сейчас делать?
- Ничего. Давайте просто
побеседуем. "
- В
иконописной мастерской «Канон»: "Ну вот такую аналойную икону мы
недавно сделали за..." Отец Серфаим: да нет, Саша, не такую,
побольше. Ренжин: да нет, такую. О. Серафим: да нет, Саша, эта А4, а та
была А3.
- Набоков
- мой Элвис. He's the
best, all he says is specifically right about my own self, and, most
important, I CAN'T BELIEVE HE'S DEAD.
- Tonight you're mine completely,
you give your love so sweetly!
Tonight
the light
of love is in your eyes, -
but will you love me tomorrow?..
Я думаю, это
псалом. Протестантский.
- Ларик:
«У одной Машиной подруги был дома живой заяц, которого она любила три
месяца. А теперь он для нее… просто какает.»
- В
марштрутке очередная реклама ИКЕИ. Надпись белым по красному: ГОТОВЬТЕСЬ
МНОГОЕ ВЫНЕСТИ. Я понимаю, да, что нормальным людям от нее дурно не
делается. Мне делается. Я полагаю, что ее вообще кроме меня никто не
видел. Или не заметил. Личное, да. Дорой боженька! Мой бы и мейлом
предупредить, чего на весь город орать-то.
- NN, которого мы все
знаем как доброго, сердечного человека, сообщает мне:
"Восемнадцатилетние хулиганы переломали мне ноги, руки и позвоночник.
Теперь я полностью парализован, лишился носа, правого уха и трех пальцев
на левой руке." Слушайте, - говорю, - это должно давать безумное ощущение
внутренней свободы. "Да", - отвечает NN, - "У меня внутри теперь
бескрайнее, залитое солнцем ромашковое поле". Представляю себе, -
говорю. Помедлив, NN
добавляет: "УСЕЯНОЕ ДЕТСКИМИ ТРУПИКАМИ!!!!"
- «Когда
я был маленьким, я представлял себе женщину моей мечты так: она должна
быть очень красивая, защищать меня от бандитов и вести передачу
"Спокойной ночи, малыши!" Я вырос, и в моей жизни появилась
Оксана Федорова..."»
- Petr Frantsevich Dovgajlo. Вот, вот. Именно такими именами мы и
сделаем русскую литературу привлекательной для иностранного читателя.
- Незамужняя
сестра NN, которую очень люблю, говорит за столиком в кафе о недавней
внематочной и последовавшем аборте легко и звонко, как о тяжелой мигрени
или не слишком тяжелом отравлении; через пять минут при слове
"любовь" понижает голос.
- …в
списке личного имущества указывал выход к морю.
- Девочка
в телефон на трамвайной остановке: "... если ты меня бросишь, я
отдамся, кому попало. Вот как я люблю тебя." Хорошая формулировка для
молитвы.
- «…о
жизни говорить - бессмысленно, бесстыдно, откровенно». Это я к тому, что
научила свой spell-checker слову "пиздец". Во всех падежах.
- Из
тучки Mесяц вылез,
хорошенький такой.
А следом Иоссель вылез, хорошенький такой.
- Прислали
пробу некоторого перевода (сценарий мыльной оперы). Начало - собственно,
первая строка, - гениальное:
(СЕРГЕЙ, АВДОТЬЯ, ЛОШАДЬ)
- Жизнь
обла, озора, стозева и литература.
Раньше Дальше