"Притчей во языцех" последних российских избирательных кампаний стал т. н. пиар - умение тех или иных политических сил настолько ловко прозомбировать (гл. о. с помощью СМИ) среднестатистического избирателя, чтобы он проголосовал совершенно вопреки своим же собственным жизненным интересам. Украинская "партия власти", не добившись в данном оболванивании (несмотря на ещё большую, чем в России, заангажированность местной прессы, радио и телевидения) особых успехов, пошла "дальше пиара".
Была развёрнута целая система жэковско-бригадно-участковых фальсификаций.
В каждом из жилых микрорайонов всегда имеется существенное количество т. н. "мёртвых душ". Тот или иной обитатель конкретного избирательного участка может находиться в длительном отъезде (на заработках в Тюмени, Польше, Москве и т. п.) или в "беспробудном состоянии" именно на момент выборов. Наша постсоветская "жэковско-прописная" система позволяет (в отличие, например, от Запада) держать подобные явления местным административным (и милицейским!) органам в своём "поле зрения".
При формировании же (ясное дело, что негласном) манипуляционной "технологической" сети осуществляется элементарное "разделение ролей". Бригады вбрасывателей оснащаются оформленными (и "проголосованными") бюллетенями "мёртвых душ", а "свои люди" в избиркомах заранее проинформированы об адресах, которые "под шумок" нужно "подмахнуть".
В крупномасштабных размерах такого рода фальсификация была впервые осуществлена при повторных прошлогодних президентских выборах - 14 ноября.
В официозных итогах той президентской "гонки" настораживает странный (и подозрительный!) разброс активности избирателей между 1-м и 2-м турами. В России 1996 г. в аналогичной ситуации на выборы 30 июня явилось голосующих на 1.5% меньше, чем двумя неделями ранее. Практика же почти всех президентских "гонок" в иных странах также показывает уменьшение явки электората во II туре. Это естественно, ибо уменьшается (в саязи с выбытием других известных населению кандидатов) "сумма симпатий" потенциальных избирателей. Сам же факт большей на Украине (по сравнению с Россией 4-летней давности) "полицентричности" популярности претендентов в президенты среди избирателей, предполагает вероятность даже ещё меньшей (чем "ельцинско-чубайсовским" летом) электоральной активности в Южной Руси 14 ноября 1999 г. по сравнению с 31 октября.
Официозный же отчёт ЦИК показывает повышение явки украинского избирателя во 2-м туре президентской "гонки" почти на 6%.
В Донецкой обл., например, активность электората за 2 недели возросла на 20% (?!) и весь этот "прирост" соизволил "поддержать" [см. таблицу] действующего президента. Убедительную картину системы фальсификаций, координации действий бригад вбрасывателей и "встречных" манипуляций нек. членов избиркомов проиллюстрировал донбассовец В. Александров [Аргумент силы, а не сила аргументов // Коммунист. - К., 1999, №50, с. 8].
Однако, и при подобной "заорганизованности" случались "промашки". В. Александров приводит пример того, как на 53-м участке (45-й округ) г. Донецка при вскрытии урны было обнаружено 496 бюллетеней с... 55-го избирательного участка того же округа. В данном случае вбрасыватель, благополучно совершив подлог (целой пачкой заранее "подготовленных" "мандатов"), попросту "прокололся", перепутав участки. "Встречное" же "подмахивание" адресов кем-то из членов избиркома было осуществлено именно на 55-м участке, где аналогично была обнаружена "недостача". Этот факт - яркое свидетельство того, как тщательно была спланирована, организована и осуществлена акция вброса.
Своеобразным "прикрытием" данной системы фальсификаций явилась позиция западных наблюдателей на выборах.
Хотя описанная выше "жэковская" структура электоральных манипуляций и в диковинку (в связи с отсутствием у них института прописки!) представителям "золотого миллиарда", элементарная добросовестность исполнения своих наблюдательских функций вывела бы данных "контолёров демократизма" на "бригадновбрасывательно-избиркомовские технологии". Инспекция же от "свободного мира" попросту не захотела обнаружить столь масштабную фальсификацию, фундаментально "подтачивающую" легитимность президента-полупронатовца. (Пришедшего к власти в 1994 г., кстати, под лозунгами восточнославянско-евразийской экономической и социально-культурной общности, а также государственности русского языка).
"Прикрытия ради" (своего фактического содействия манипуляциям властей!), западные наблюдатели патетически декларировали своё неудовольствие правительственной пропагандистско-предвыборной монополией в СМИ. "Инспекторы демократии" оказались достойными учениками Агаты Кристи. Её Эркюль Пуаро неоднократно (в беллетристике известной метрессы детективов) раздувал внимание вокруг менее значительных преступлений, чтобы замолчать, замять и скрыть более крупные!
Вся данная фальсификационная "иерархия" была структуризирована (по Украине) на системе исключительно устных команд, разнарядок и "рекомендаций". Постноменклатурная "голь" оказалась "на электоральную выдумку хитра"!
Определённым эталоном тогдашней реальной "раскладки" избирателей может служить Черниговская обл. Там, в силу местных особенностей, оказалось в то время невозможным структуризировать существенную фальсификационно-манипуляционную сеть. Отсюда же и показательно, в этом плане, соотношение на Черниговщине пропорций 1-го и 2-го туров президентских выборов.
Оппозиционный кандидат-"финалист" (П. Н. Симоненко) 14 ноября получил в Западной Северщине почти на 1.5% голосов больше, чем все левые кандидаты (а в их числе и сам лидер коммунистов) 31 октября!
Интерполируя же (по принципу аналогии - Черниговщина же достаточно репрезентативна в среднестатистически-общеукраинском плане!) данные результаты на всю Южную Русь, можно убедиться в разительном несоответствии реальных и сфальсифицированных данных. Л. Д. Кучма, вне зависимости от его личной неинформированности о системе манипуляций (которая стихийно и постепенно сложилась во "2-м эшелоне" президентского окружения), получил фактически относительное [см. таблицу], а не легитимное большинство. Всего 11 из 27 регионов Украины [см. карту] его поддержало!
По закону подобная "патовая" ситуация должна была привести к перевыборам.
Президентской же "обслуге" и такого беспардонного уровня фальсификация показалась недостаточной. Все главы администраций областей, не обеспечевших нужные манипуляционные "технологии" (кроме, естественно, тех из них, в чьих регионах Л. Кучма реально победил), были замещены более "понятливыми" губернаторами.
В дальнейшем фальсификации стали осуществляться как там "где надо", так и там где для "партии власти" в таких махинациях необходимости (как на мартовских выборах днепропетровского городского головы) не было. Местный избиркомовский актив повсеместно "приучался" к неотвратимости манипуляционных "технологий".
"Беспредельным" же (и всеобщим) электорально-махинационным "шедевром" (что признали не только левые и общерусские политики, но и многие из правых и самостийников) является т. н. Референдум по народной инициативе 16 апреля с. г. Главной задачей сего "опроса" являлось глобальное "обкатывание" фальсификационной "технологии" во всеукраинских масштабах. Другие цел данного плебисцита - уменьшение влияния Верховной Рады, расширение полномочий главы государства, введение верхней (более галицко-волынско-буковинско-закарпатско-репрезентативной!) палаты законодательного корпуса и пронатовско-антирусские изменения в Конституции.
Сфальсифицированной оказлась, в первую очередь, сама "народная инициатива". Её оформили (с подделкой подписей) прямо в жэках чиновники "партии власти". Никто из политических активистов (ни правых, ни левых, ни патриотов, ни самостийников) не заметил и намёка на какой-либо факт самого процесса сбора подписей в поддержку проведения данного антипарламентского референдума.
А о самом указанном плебисците и говорить нечего!
Реальная явка (по мнению всех независимых наблюдателей) за все несколько дней голосования не преавысила по Украине и трети избирателей. Вбросами-"подмахиваниями" же "посещаемость" участков быоа доведена до 80%. Было сфальсифицировано более 3/5 бюллетеней. Парадоксальными оказались "итоги" референдума в Закарпатье. Этот край известен своей сезонной трудовой эмиграцией. Весомое количество "заробитчан" покидает данную область именно в марте месяце. В официозных же итогах пропрезидентского плебисцита явка закарпатцев была "обозначена" под 98 % (!?).
Более половины из пришедших на участки избирателей действительно проголосовали "за" по всем пунктам референдумного опросника. Однако, реальное общее число "посетивших" плебисцит граждан Украины не позволило бы признать данный электоральный процесс состоявшимся.
Система фальсификационных вбросов была продолжена и в летних довыборах депутатов Верховной Рады. В 8 (из 10 задействованных) округах данные махинации и были осуществлены в массовом объёме. Причём в большинстве из них также (как и на "референдуме") было вброшено более половины бюллетеней. Во Львове число вбросов было не очень значительно (ограничившись "не всеми" участками) и "вывело" представителя "партии власти" "всего лишь" на 2-е место. Киевский же Оболонский округ избежал применения рассмотренной манипуляционной схемы в связи с наличием среди его кандидатов 2-х (не сумевших договориться) представителей "партии власти". Один был от мерии, а другой - близок к нынешнему премьер-министру. Кроме того, "креатура" городской администрации (И. Салий) была достаточно популярна (как хороший хозяйственник) среди жителей северной части Киева. Да и разного рода проверяюших групп (в т. ч. и международных) было задействовано в Оболонском округе на порядок больше чем в том же районе, но на "референдуме".
Тем более, что столица Украины уж слишком "на виду".
Проанализированная фальсификационная "система" есть не что иное, как своеобразная форма откровенной (а не скрытой, как при нормальной буржуазной демократии) диктатуры бюрократической феодально-квазикапиталистической (и весьма склонной к компрадорству!) макрорегиональной "постноменклатуры".
Абакумов Александр Васильевич, [email protected]