В науке, которая именуется математикой, имеет различные отрасли и считается самой точной человеческой наукой, имеется доказательство, которое именуется доказательством от противного. Это значит, что делается предположение, обратное тому, которое нужно доказать, то есть ему противоречащее, и потом, чисто математическими выводами и заключениями доказывается, что это обратное положение абсурдно и неверно; отсюда следует прямой вывод, что, следовательно, правильно то математическое положение, которое и следовало доказать. Или, например, часто говорят что какое-нибудь явление становится особенно ясным и понятным для нас, если мы судим о нем по его контрасту с каким-либо другим явлением.
И вот, возлюбленные братие святыя обители сия, по этому "закону контраста" блаженный ваш жребий особенно становится ясным для нас, лишенных этого блаженного жребия; ибо здесь вы всегда слышите, как поются те чудесные слова, которые были только что спеты: «Соблюди нас во Твоей Святыни весь день поучатися правде Твоей». А мы, постоянно находящиеся на стогнах града, видим, как там люди поучаются суете, а не Божией правде.
Много пришлось нам, путешествовавшим по Европе в последнее время, перевидеть этой мiрской суеты. И вспоминается мне, что писала мне когда-то одна девушка, религиозно настроенная, выехавшая из Харбина и попавшая в Гонконг, как раз в город, в котором так явно чувствуются начала этой суеты, и безрелигиозного духа. На Дальнем Востоке, в частности у нас в Харбине, не смотря на гнет и железную пяту коммунистической власти, верующие люди объединились в Церкви, собрались и сосредоточились вокруг Божия храма, и жили чисто-церковными, христианскими интересами и стремлениями. И это настолько обогащало жизнь, что она, действительно, сохранила и символ и содержание - несмотря на всевозможные внешние затруднения. И вот, эта верная дочь Церкви, попавши в Гонконг в обстановку "заграницы", писала мне; "Как-то все это кажется не настоящим, как будто декорация какая-то, как будто что-то представляют, как на сцене. Внешне, как будто много всего - и шуму и блеска, и богатства и роскоши, а внутри чувствуется какая-то зияющая, безнадежная пустота так, что просто становится страшно за людей, которые этому и только этому всецело себя отдают".
И вот такую же суету видели и мы за все время, все дни и месяцы нашего путешествия по Европе. Но зато как отрадно было видеть и живые души. Они есть - души благочестивые, души благоговейные, души воистину спасающиеся о Господе. Как отрадно было видеть царственное шествие Пресвятыя Владычицы, Царицы Неба и земли в Ея Святом Чудотворном Образе. Как это царственное шествие объединило всех, часто разъединенных церковными разногласиями, воистину во едину семью! Все мы по чувствовали себя членами этой единой духовной семьи, и мы видели, как не только наши чада - православные русские люди, но и инославные - католики, лютеране с трепетом и верой приходили к нашей Великой Святыне; мы видели, как они там молились, ставили свечи, и как просили Царицу Небесную помочь и им в их нуждах. Это было очень трогательно и воистину это шествие Божией Матери было, действительно, царственным шествием.
Но возвращусь к началу своего слова. Когда пришлось нам многократно побывать на «стогнах града», о котором когда-то так многозначительно предупреждал какого-то инока преподобный Ефрем Сирин: «Инок, что ты стремишься во град? Разве не боишься беззакония и пререкания во граде?» - нам действительно пришлось убедиться в беззаконии и пререкании во граде, от стогн которого не «оскудевают лихва и лесть». Мы постоянно созерцали это. И часто от этой суеты мысль переносилась сюда - к вам, под сень этой святой обители.
Благословен ваш жребий, братие возлюбленные! Вы живете, трудитесь и спасаетесь здесь, в этом святом месте, под кровом святой обители, под благословением Святой Троицы и под молитвами и отеческим попечением преподобного Иова, Чудотворца Почаевского. Не переставайте за это благодарить Господа Бога. Если бы вы только знали, как резко бросается в глаза, как чувствуется контраст между тем святым делом, которое творится здесь у вас в обители, и между тем, что происходит там - за оградой ея. Конечно, везде, во всякой самой доброй семье, бывают несогласия и недоразумения, но в доброй семье они изживаются; изживаются, конечно, и здесь. Господь да поможет вам под сенью святой обители спасать свою душу, и не забывайте в своих святых молитвах нас, которым постоянно приходится скитаться по распутиям мiра.
Аминь.
Назад