Сегодня утром за Божественной литургией в храмах наших читалось святое Евангелие, которое представляет собою отрывок двадцать третьей главы из Евангелия святого Евангелиста Матфея.

    Должно отметить, что главная тема этой двадцать третьей главы есть грозное обличение Спасителем книжников и фарисеев - лицемеров, как Он Сам их назвал несколько раз подряд. И когда мы с вами читаем эту главу, читаем эти, действительно, громовые, страшные обличения, которые Господь произнес против этих духовных руководителей еврейского народа - становится понятной та злоба, которая обуяла их настолько, что они насытиться не могли никакими страданиями Спасителя, и, когда Он был уже изранен, и измучен после бичевания, они, все таки, этим не удовлетворились, и, видя Его в терновом венце кричали: «Распни, распни Его!»** Озлобились они после этого грозного обличения до последней степени. Эти обличения сегодня читались за литургией, а предыдущая часть главы читалась в свое время.

    Господь Иисус Христос всегда и везде имел ввиду дать людям то или иное духовное назидание, наставление, разъяснение. Если бы Он сразу приступил к обличению фарисеев и книжников, это могло бы настолько подорвать авторитет этих духовных руководителей народа, что народ вообще перестал бы их слушать. Поэтому Господь перед тем, как их так грозно обличать, однако же, сказал перед этим несколько предварительных наставлений, начав их словами: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи». То есть, книжники и фарисеи взяли на себя то дело, то служение, которое выполнял великий пророк и боговидец Моисей, через которого Господь даровал народу Свой святой закон в Ветхом Завете.

    Итак, книжники и фарисеи сели на Моисеевом седалище, и, как когда-то Моисей, так теперь они наставляют и учат народ. И вот Господь и говорит: «Все, что они говорят вам соблюдать, соблюдайте и храните. По делам же их, - добавляет Господь, - не поступайте, ибо они глаголят и не творят (говорят и не делают)». И дальше Господь указывает на то, что они отягчают законное бремя, накладывают на людей законы и обязательства свыше исполнения Божьего Закона, «а сами, - говорит Господь, - пальцем двинуть не хотят», и только лицемерно притворяются праведниками.

    Запомните следующее, возлюбленные. Часто бывает в жизни, что тот или иной священнослужитель по своей жизни, кажется людям недостойным того служения, которое он несет. Но как бы ни был он немощен, какими бы слабостями он ни обладал, наверное, он не хуже, чем христоубийцы, чем те, кто распял Христа Спасителя, и если сделали это не своими руками, а руками римских воинов, то, во всяком случае, добились Его крестной смерти. И, однако же, Господь даже об этих извергах, о Своих врагах, о Своих убийцах говорит: «Все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и творите. Только по делам их не поступайте».

    Это ли не урок для нас? Если человек видит пастыря немощного, быть может, с недостатками и слабостями - он не должен его осуждать, а предоставить суд единому Богу, Который Один только знает глубину души человеческой и человеческого сердца. Ему Одному суд принадлежит вообще, а над Своими служителями - тем более.

    Конечно, по немощи человеческой, к сожалению, бывали, бывают и, вероятно в будущем такие будут случаи, когда человек, соблазнившись какой-либо немощью, слабостью, или каким либо недолжным поступком служителя Церкви, отходит от Церкви. Конечно, в этом случае он не прав. Из слов Господних, которые вы только что слышали, мы видим, что, как бы ни был недостоин своего служения тот или иной служитель Церкви, однако, по слову Господню, чему он учит, то нужно соблюдать и творить.

    Когда-то Иоанн Златоуст, когда ему, как архипастырю, пожаловались на какого-то пресвитера-священника, ведущего совершенно недостойный образ жизни, и те, кто жаловались - верующие, благоговейные христиане - стали говорить, что они не хотят принимать от него ни молитв, ни службы, и не хотят молиться, когда он служит. Иоанн Златоуст коротко и сильно на это ответил: «Если у тебя жажда и тебе нужно для того, чтобы утолить эту жажду, почерпнуть ведром воды из колодца, то не все ли тебе равно, будет ли это золотое ведро или обыкновенное, железное? Тебе вода нужна».

    Или, как часто говорят в подобных случаях: Если к человеку приходит почтальон и приносит ему повестку на то, что он должен получить богатое наследство, станет ли он долго рассуждать о том, что из себя представляет почтальон - хороший ли он человек или плохой?

    Так и тут. Человек получает в таинстве священства дар Божией благодати от Церкви через священнодействие архипастыря, и становится священнослужителем. И нужно помнить, что пока этот священнослужитель не запрещен высшей церковной властью, все его священнодействия законны и действительны, и благодать Божия по его священнодействиям сходит к верующим, освящая и укрепляя их.

    Только с того момента, когда церковная власть запретила его в священнослужении, все его священнодействия становятся не законны и недействительны.

    Это можно сравнить с тем, как горит электрическая лампа, получающая ток от источника энергии. Если перерезать провод или повернуть выключатель, ток перестанет идти, и лампа сразу погаснет. Вот так же пресекается "ток" благодати у запрещенного священнослужителя, по решению тех, кому дано право вязать и решить, запрещать и отлучать; и когда тот или иной служитель церкви запрещается в священнослужении, тогда - он лишается своих благодатных полномочий и прав. А пока этого нет, да не соблазняют нас немощи того или иного пастыря.

    Как прекрасно, с какой любовью и снисхождением смотрел простой русский народ на немощи своих пастырей. Он, прежде всего, в пастыре ценил его молитвенность, его духовную настроенность. Если он это видел, то никакие его человеческие слабости и немощи не отталкивали от него его паству.

    Был один случай, когда один пастырь, сельский священник, имел слабость - часто бывал нетрезв, и в сильной степени. И, однако, его паства не только этой его слабостью не соблазнялась, а, наоборот, его защищала и просила у высшей церковной власти не наказывать его, объясняя это тем, что, хотя с ним это и бывает, но он любит служить, любит молиться, и они ценят его, как именно своего пастыря, пастыря молитвенника. Они видели это в нем, и это для них было дороже всего, а все его слабости и немощи только заставляли их скорбеть и жалеть о нем, но никак не отступаться, не оставлять его. Они ценили его духовное руководство.

    Будем же помнить, возлюбленные, слова Христовы о том, что, когда законно поставленный священник совершает свое служение, должно соблюдать и творить то, чему он учит свою паству, своих духовных чад. Если он не творит сам того, чему учит, конечно, это - очень печально, ибо всякое слово, всякое назидание имеет силу тогда, когда оно согрето личным духовным опытом того, что учит и проповедует.

    Мы знаем, что слово батюшки отца Иоанна Кронштадтского и ему подобных великих пастырей имело особую чудодейственную силу на души человеческие именно потому, что слово это было проникнуто и согрето опытом духовным, ибо те, кто говорили, прежде всего сами творили то, о чем говорили и чему учили.

    Но - повторим еще раз в заключение - если и не творит служитель Церкви того, о чем он говорит, то нужно соблюдать и творить то, чему он учит, и, не соблазняясь его немощами, не думать, что совершаемое им незаконно или недействительно, а только молиться Богу, чтобы Он помог Своему служителю избавиться от тех немощей, которые омрачают его высокое служение.

Аминь.

* Мф. 23.
** Ин. 19, 6; 15.

 

Проповеди и поучения Высокопреосвященнейшаго митрополита Филарета
Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви. том I.
Издание Комитета Русской Православной Молодежи
при Русской Православной Зарубежной Церкви 1981 г.

 

 

 

Назад

К началу

Hosted by www.Geocities.ws