Что в наше время редко приходится встречать примеры сильной, живой, могучей веры - вряд ли кто-либо станет против этого возражать. Но, в то же самое время, приходится порой слышать - и это приходилось слышать не раз и мне, и другим - как иногда люди сами о себе говорят: "О, я очень религиозный, я глубоко верующий" - и говорят это искренно, думая, что они, в самом деле, с полным основанием могут о себе так сказать.

    Но, увы - на это, в большинстве случаев, ответ будет такой: "Возлюбленные, не обманывайте себя! Посмотрите в Евангелие - там точно указаны признаки истинной веры." Вот только что в Евангелии читалось о том, каковы признаки этой веры. Господь Сам говорит, что верующих истинно, действительно, по-настоящему верующих, будут на их жизненном пути сопровождать следующие знамения: «Именем Моим бесы ижденут; языки возглаголют новы; змия возмут; аще же что смертное испиют, - не вредит их; на недужные руки возложат и здравы будут»*. - Вот признаки истинной веры!

    Так скажи же ты, похваляющийся своей верой, есть ли у тебя эти признаки? А если нет - то чем ты хвалишься?.. Ведь из жизни Церкви мы видим, что те, кто действительно имели истинную веру, всегда думали о себе и о своей вере очень смиренно, всегда считали и сознавали себя маловерными. Получается, то, что называют "парадокс" - как бы самопротиворечивое положение: тот, кто действительно верует, своей вере не доверяет и видит себя маловерным, а тот, кто истинной живой веры, по существу, не имеет - тот думает, что он глубоко верует и говорит о себе, что "я очень религиозный и глубоко верующий ..."

    Должно заметить, что подобный же "парадокс" мы видим и в моральной, нравственной, духовной оценке человека; в этом смысле справедливо говорят, что праведники видят себя грешниками, а грешники видят себя праведниками. Почему это так, - легко уразуметь из простых примеров.

    Представьте себе комнату, пыльную, душную и темную. Пока в ней темно, пыли никто не видит; но когда в нее врывается луч солнца, то он освещает комнату, и в этом луче пылинки становятся видными. Вот так же, пока человек не озарен лучом божественной благодати, в его душе только мрак греха и суеты, он не видит, как должно, своих грехов, и не понимает их тяжести; приходит на исповедь и не знает, о чем ему говорить. А когда человек озарен лучом божественной благодати, тогда в свете этой благодати он видит свои прегрешения. Это и есть то, о чем мы молимся в Великом Посту: «Даруй ми зрети моя прегрешения», ибо без света Божией благодати человек их и не увидит.

    Другой пример: всякому известно, что на чистой простыне, на чистой скатерти - и малое пятнышко видно, и - бросается в глаза. А на грязной тряпке и крупные комья грязи не заметны - там все слилось. Вот так же, в душе человека грешного, не просвещенного Божией благодатию, не думающего о духовной жизни, не думающего об исправлении, не думающего об ответе пред Богом - все слилось, и сам он ничего разобрать в этом не может; только всевидящий Господь видит печальное состояние души этого человека. Сам же он этого не чувствует и не замечает, и думает, что он не так уж плох, и то, что в Евангелии говорится о великих грешниках, к нему уж никак не относится. Святым он быть может, себя не считает, но полагает, что он не так уж и плох ...

    Угодники Божии мыслили о себе совсем иначе и видели себя, и свое духовное естество совсем в ином свете. Один подвижник все время плакал; ученик его спрашивал: "Отче, о чем ты так плачешь?"

- О грехах моих, сын мой, - отвечал тот.
- Да какие у тебя грехи? И почему ты их так оплакиваешь?
- Сын мой, - ответил подвижник, - если бы я мог, как должно, увидеть свои грехи, во всем их безобразии, то я и тебя бы просил оплакивать мои грехи вместе со мной.

    Так говорили о себе эти необыкновенные люди. Мы же, люди обыкновенные, не видим своей греховности и не чувствуем ея тяжести. Отсюда и получается то, о чем я только что сказал: придет человек на исповедь и не знает, что ему сказать. Иная исповедница так и говорит: "Батюшка, я все забыла". А как вы думаете, если человек, у которого болит рука, нога или какой-либо внутренний орган, идет в доктору - забудет ли он, что у него болит? Так и душа; если она действительно горит покаянным чувством, она не забудет грехов своих. Конечно, ни один человек не может вспомнить все свои грехи - все до одного, без всякого исключения. Но истинное покаяние непременно требует того, чтобы человек сознавал свою греховность и искренно сокрушался о ней.

    Таким образом, грешник, в силу своей духовной СЛЕПОТЫ, кажется самому себе чуть ли ни праведником, а праведник считает себя грешником, потому что он привык вглядываться в свою душу и видеть в ней пятна греха и нечистоты. Как уже было сказано, мы молимся в Великом Посту, чтобы Господь даровал нам зрети наши прегрешения - наши, а не чужие. Но об этом нужно молиться, не только в Посту, а всегда - молиться о том, чтобы Господь научил нас видеть себя как должно, и не помышлять о своей мнимой "праведности".

    Будем же помнить, что только Милость Господня может открыть человеку глаза на его истинное духовное состояние, и этим поставит его на путь истинного покаяния.

Аминь.

* Мк. 16, 17-18.

 

Проповеди и поучения Высокопреосвященнейшаго митрополита Филарета
Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви. том I.
Издание Комитета Русской Православной Молодежи
при Русской Православной Зарубежной Церкви 1981 г.

 

 

 

Назад

К началу