Экономика как социальный институт скачать

9 Экономика как социальный институт Тема 9 Экономика как социальный институт Мы уже говорили о том, что на развитие социальных процессов существенное воздействие оказывают сложившиеся социальные институты. Институциональные формы обеспечивают развитие и перемещение социальных групп, придают устойчивость и определенность социальным связям. Экономика как социальный институт общества тесно связана с его социальной структурой. Экономические отношения определяют положение социальных групп, закрепляют их глубинные социальные связи, определяют характер взаимодействия.

В этом смысле экономика символизирует основу общества, его прочность, устойчивость. Экономика как социальный институт регулирует отношения в сфере хозяйст-венной деятельности (производство, распределение благ и услуг, регулирование денежного обращения, организация и разделение труда, трудовая деятельность, рынок, собственность и т.

п.). Эко-номические институты наряду с базовым институтом собствен-ности включают множество особых устойчивых практик (систем отношений), которые мы характеризуем как финансовые, произ-водственные, маркетинговые, организационно-управленческие (менеджментарные) институты.

Экономические явления, процессы с точки зрения внутренних закономерностей их развития изучаются экономическими науками, социологию интересует место и роль экономики в системе общественных связей. Экономика изучает производство и потребление товаров и услуг, спрос и предложение, экономическое поведение человека вообще, использование денег и капитала.

Социология . в свою очередь, стремится разработать модели экономического поведения различных групп и исследовать экономические силы, влияющие на жизнь людей. Социолог изучает социальное в сфере экономики: субъектов, носителей экономических отношений, их взаимодействие, ролевое поведение, организационно-нормативные формы его закрепления, социальные механизмы, вызывающие функционирование, развитие в экономике. В отличие от э кономического подхода, при котором человек рассматривается как элемент трудовых ресурсов .

как условие производства . социологический подход рассматривает человека как субъекта экономических и социальных процессов . Таким образом, социология интересуется прежде всего социальным поведением человека в различных экономических действиях.

Эта специальная отрасль социологии называется экономической социологией. Экономическая социология — направление социальных исследований, предполагающее анализ экономической деятельности с позиций социальной теории. Это особый подход, опирающийся на специфические представления о действии человека . развитии хозяйства и общества . Экономическая социология сторонится модели человека, предложенного традиционной экономической теорией. «Экономический человек» слишком эгоистичен и изолирован от других людей, непомерно рационален и информирован.

Он действует как автомат, подчиненный логике экономического интереса. В то время как экономическая социология не превращает человека в социологический автомат, столь же бездумно подчиняющийся предписанным нормам.

Человек в экономической социологии способен становиться актором и поступать вопреки обстоятельствам, переключаться с одной логики действия на другую, проявляя одновременно волю и гибкость. Это человек, способный на стратегию — последовательные и рефлексивные действия, планирование собственного будущего.

При этом «социологический» человек не висит в безвоздушном пространстве. Он включен в сплетение формальных и неформальных сетей, входит в качестве начальника или подчиненного в разные организации, действует в составе социальных групп, принадлежит к локальным и национальным общностям.

Экономика как социальный институт скачать - of

Становление экономической социологии. В середине XIX столетия в Германии оформляется историческая школа политической экономии . Виднейший представитель этой школы Г. ШМОЛЛЕР (1838—1917), одно время возглавлявший Берлинский университет, считал, что вообще все исследования хозяйства и хозяйственной деятельности человека должны исходить из признания "подчиненности причинам социологического или психо-этического рода ".

Нет чисто экономических процессов — они регулируются нравами, обычаями, правом. Шмоллер один из первых резко поставил вопрос об этической обусловленности хозяйственной сферы жизни человека. Для экономической социологии такой подход имеет далеко идущее значение, и здесь с полным правом можно говорить о " принципе Шмоллера ", имея в виду его важную методологическую роль в социально-экономических исследованиях.

О культурно-исторической обусловленности хозяйственно-экономической сферы общества учил и другой немецкий ученый К. БЮХЕР (1847—1930). Он выделил три исторических типа хозяйства: домашнее, городское и народное, причем первому предшествует первобытное, которое нельзя отнести к хозяйству, основанному на труде, поскольку здесь господствует собирательство и охота.

Домашнее хозяйство отличают рациональные формы трудовой деятельности, родовые связи и семейная организация. Что производится, то и потребляется, обмена как вида деятельности не существует. Городское хозяйство предполагает не только развитое производство товаров, т.е.

продуктов, производящихся с целью обмена и продажи, но и соответственно рынок. Развиваются ремесла. Происходит интенсивное разделение труда.

Приходящее на смену городскому народное хозяйство отличается еще большими масштабами, дифференцированностью и сложностью. Народное хозяйство уже не замкнуто рамками города, близлежащей территории; оно развивается как хозяйство всего народа, нации, государства. Ведущей формой производства становится крупная промышленность. Окончательно утверждаются наемный труд, капитал. В регулировании производства и обмена все большее значение приобретает государство.

Заслугой исторической школы политической экономии является обращение к собственно социальным аспектам производства и экономических процессов. С появлением этой школы можно говорить об утверждении экономической социологии как особой социологической дисциплины с ее центральной проблемой — хозяйственной деятельности человека и хозяйства как относительно самостоятельной сферы общественной жизни.

В. ЗОМБАРТ (1863—1941). Работы «Современный капитализм» (в 3-х тт.), «Торговцы и герои», «Пролетариат», «Буржуа» и др. В Зомбарте справедливо видят одного из основателей социологии хозяйства. Согласно его учению, хозяйство представляет собой целостную самостоятельную, исторически развивающуюся систему со свойственной ей логикой эволюции. И хотя хозяйственные системы наследуют прошлые формы, а также взаимодействуют друг с другом, что выражается, в частности, в обмене отдельными элементами, во взаимовлиянии и т.д.

каждая система — уникальна. И с этой стороны системы-хозяйства изучает история. Социологию же, напротив, интересует нечто общее, повторяющееся, то, что передается от одной системы к другой, наследуется, т.е.

имеет характер закономерного. Руководствуясь своими мировоззренческими и методологическими принципами в исследовании капиталистического хозяйства, Зомбарт выделяет в нем этапы «генезиса», «молодости», «зрелости» и «старости». Каждой системе хозяйства присущ соответствующий «дух». В работе «Буржуа» Зомбарт, исследуя «дух» капиталистической системы хозяйства, указывает на его главную особенность — раздвоенность .

С одной стороны, это « предпринимательский дух », а, с другой стороны, — « мещанский дух ». «Предпринимательский дух» отмечен исторической изначальностью (он воплощается в трех антропологических типах: « завоевателя », « организатора » и « торговца »). В условиях капитализма, т.е. «капиталистического хозяйства», выделяется шесть сугубо адекватных ей антропологических типа: « разбойник », « феодал », « спекулянт », « государственный чиновник », « купец » и « ремесленник ».

Причем первые три («разбойник», «феодал», «спекулянт») доминируют на этапе раннего капитализма (генезиса и молодости) — они олицетворяют его «героическое» начало, тогда как другие три типа («государственный чиновник", "купец", "ремесленник") начинают играть ведущую роль по мере старения капиталистической системы. Они воплощают "мещанский дух" и проявляются в "деловитости"; "методичности", "расчетливости". Пролетариат в его представлении — типичный представитель городского населения, чрезвычайно слабо связанного с землей, "родным краем".

Этому классу не свойственны чувства преданности, красоты, сентиментальность. Мир пролетариев — искусственный. Машинный труд делает из них, как теперь говорят, роботов, безликих функционеров, не заинтересованных в живом результате труда. Целью последнего становится в данном случае "заработок" (деньги). Это психически надломленные люди. Бездуховность, отсутствие больших целей, увлеченности существенно снижают нравственный уровень представителей этого класса. Цинизм, нахальство, отсутствие веры в высокие ценности, грубость — вот черты, свойственные типичным представителям пролетариев.

М. Вебер (1884 — 1920) — виднейший немецкий социолог. Одной из основных его работ считается « Протестантская этика и дух капитализма ». Впервые данное произведение было опубликовано в 1905 г. в Германии и с тех пор является одной из лучших работ по анализу причин возникновения современного капитализма. В начале своей знаменитой книги М.

Вебер проводит детальный анализ статистических данных, отражающих распределение протестантов и католиков в различных социальных слоях. На основании данных, собранных в Германии, Австрии и Голландии он приходит к выводу, что протестанты преобладают среди владельцев капитала, предпринимателей и высших квалифицированных слоев рабочих. Кроме того, совершенно очевидны различия в образовании .

Так, если среди католиков преобладают люди с гуманитарным образованием, то среди протестантов, готовящихся, по мнению Вебера, к «буржуазному» образу жизни больше людей с техническим образованием. Он объясняет это своеобразным складом психики, складывающийся в процессе начального воспитания. Так же Вебер замечает, что католики, не занимая ключевых постов в политике и коммерции, опровергают тенденцию о том, что национальные и религиозные меньшинства, противостоящие в качестве подчиненных какой-либо другой «господствующей» группе концентрируют свои усилия в области предпринимательства и торговле.

Так было с поляками в России и Пруссии, с гугенотами во Франции, квакерами в Англии, но не католиками в Германии. Он задается вопросом, с чем связанно столь четкое определение социального статуса во взаимосвязи с религией. И, не смотря на то, что действительно существуют объективно-исторические причины преобладания протестантов среди наиболее обеспеченных слоев населения, он все же склоняется к тому, что причину различного поведения следует искать в «устойчивом внутреннем своеобразии» .

а не только в историко-политическом положении. Основные значимые догматы протестантизма: Человек изначально грешен До начала жизни все предопределено Знак о том, спасен ты или нет, можно получить, лишь совершенствуясь в своей профессии Послушание властям Отрицание превосходства аскетического долга над мирским Примирение со своим местом в мире Протестантская церковь отменила выкуп грехов. Взаимоотношения Бога и человека были определены предельно жестко — есть избранные и есть неизбранные, изменить ничего нельзя, но можно почувствовать себя избранным.

Для этого необходимо, во-первых, тщательно исполнять свой профессиональный долг, а во вторых, избегать наслаждений — и в совокупности это должно обеспечить рост богатства. Так появился веберовский предприниматель — трудолюбивый, инициативный, скромный в потребностях, любящий деньги ради самих денег. Вебер приводит целый ряд цитат Бенджамина Франклина, который является неким пропагандистом философии скупости.

В его понимании идеальный человек — «кредитоспособный, добропорядочный, долг которого рассматривать приумножение своего капитала как самоцель». На первый взгляд речь идет о чисто эгоистичной, утилитарной модели мира, когда «честность полезна только потому, что дает кредит».

Но высшее благо этой этики в наживе, при полном отказе от наслаждения. И, таким образом, нажива мыслится как самоцель. В данном случае речь идет не просто о житейских советах, а о некой своеобразной этике. Так же можно сказать, что такая позиция является прекрасным этическим основанием теории рационального выбора. Вебер считает, что честность, если она приносит кредит столь же ценна, как и истинная честность.

Вебер замечает такую характерную особенность, что если рассматривать капитализм с точки зрения марксизма, то все его характерные черты можно обнаружить в Древнем Китае, Индии, Вавилоне, но всем этим эпохам не хватало именно духа современного капитализма. Исходя из этого, Вебер разделяет капитализм на « традиционный » и « современный », по способу организации предприятия.

Он пишет, что современный капитализм повсюду натыкаясь на традиционный, боролся с его проявлениями. Автор приводит пример с введением сдельной оплаты труда на сельскохозяйственном предприятии в Германии. Так как сельхозработы носят сезонный характер, и во время уборки урожая необходима наибольшая интенсивность труда, то была проведена попытка стимулировать производительность труда за счет введения сдельной заработной платы, и соответственно, перспективы ее повышения.

Но увеличение заработанной платы привлекало человека, порожденного «традиционным» капитализмом, гораздо менее чем облегчение работы. В этом сказывалось докапиталистическое отношение к труду. Таким образом, радикальное различие между традиционным и современным капитализмом не в технике, а в человеческих ресурсах, точнее, отношении человека к труду. Основной вид деятельности — торговля Основной вид деятельности — производство Идеальный тип капиталиста, к которому приближаются некоторые немецкие промышленники того времени, Вебер обозначал так: « ему чужды показная роскошь и расточительство, упоение властью, ему присущ аскетический образ жизни, сдержанность и скромность ».

Богатство дает ему иррациональное ощущение хорошо исполненного долга. Поэтому этот тип поведения так часто осуждался в традиционных обществах, « неужели нужно всю жизнь напряженно работать, чтобы потом все свое богатство унести в могилу?».

Далее Вебер анализирует современное общество и приходит к выводу о том, что капиталистическое хозяйство не нуждается больше в санкции того или иного религиозного учения и видит в любом (если это возможно) влиянии церкви на хозяйственную жизнь такую же помеху, как и регламентация экономики со стороны государства.

Мировоззрение теперь определяется интересами торговли и социальной политики. Все эти явления той эпохи, когда капитализм, одержав победу, отбрасывает ненужную ему опору. Подобно тому, как он в свое время сумел разрушить старые средневековые формы регламентирования хозяйства только в союзе со складывающейся государственной властью, он, может быть, использовал и религиозные убеждения.

До конца XIX века экономика в целом и ее наиболее продвинутая часть – промышленность развивались без ориентации на учет социальных параметров своего развития. Из работника пытались выкачать максимум возможного – через увеличение рабочего дня до 16, а иногда до 18 часов, через эксплуатацию женского и детского труда.

Даже великие технические нововведения XIX века мало были ориентированы на то, как состыковать человека и машину: в существовавших условиях приспособиться к технике было заботой работника. Полное игнорирование человеческого фактора дополнялось стремлением работодателей обеспечить тотальный контроль за рабочими, совершенствованием приемов и методов надзора в деятельности мастеров и других руководителей производства.

Эта ужасающая жизнь и особенно работа на производстве нашли отражение в многочисленных работах XIX века (см. например, работу Энгельса «Положение рабочего класса в Англии» и потрясающую воображение жизнь рабочих в романах Ч.Диккенса, Э.Золя и др.). Но к концу XIX – началу XX века объективно вызрела идея – обратиться к тем резервам, которые кроются в самом работнике, пробудить его заинтересованность в эффективной и результативной деятельности.

Это был поистине революционный, кардинальный шаг, меняющий всю ситуацию на производстве. Открытие (научное и практическое) роли сознания и поведения людей позволило понять, усвоить, а затем и использовать личные возможности работника для повышения эффективности производства.

Это открытие – важнейший этап в развитии экономики, в познании и применении социальных резервов труда. Социология труда концентрирует свое внимание на познании возможностей работника, условий их реализации, путей согласования личных интересов с интересами общественными в процессе производственной деятельности.

Впервые идея обратиться к социальным резервам производства в своем полном виде была обоснована таким выдающимся организатором производства и ученым, как Ф.Тейлор (1856–1915). Именно он не только высказал идею о необходимости заинтересовать работника в результатах своего труда (такие мысли, как пожелания, как идеал, как теоретический поиск, высказывали и до него), но научно обосновал и воплотил ее в жизнь, апробировал на практике, что и нашло отражение в его работе, опубликованной в 1894 году и посвященной системе оплаты труда на производстве.

Обращение Тейлора к материальной заинтересованности работника принесло успех в его практической деятельности. Многолетнее апробирование этой идеи позволило ему сформулировать ряд признаков, которые впоследствии нашли воплощение в концепции «экономического человека».

Назовем некоторые составные его идеи: выполнять больший объем работы за большую оплату и за более короткое время; премировать хорошую, а не любую работу; вредно как недоплачивать, так и переплачивать работнику; нужно заботиться о побуждении работника к высокооплачиваемой работе («и ты можешь») и др.

Тейлоровский подход стал быстро распространяться. Но его идеи не оставались неизменными – они совершенствовались, дополнялись, для них изыскивались новые резервы. У Г.Форда они нашли выражение в разработке, как стимулировать высокоэффективный труд в условиях конвейерного производства. Реализуя принципы заинтересованности работника в достойной и желаемой им оплате труда, Ф.Тейлор достаточно быстро вышел на следующую важную и научную, и практическую проблему: а как организован труд работника, насколько он рационален и насколько он учитывает физические и физиологические возможности человека.

Такая постановка вопроса диктовалась самой жизнью, ибо было замечено, что само по себе стимулирование труда не гарантирует упорядоченной, четкой и последовательной организации трудового процесса. Ф.Тейлором была выдвинута и всесторонне обоснована идея научной организации труда на рабочем месте за счет уменьшения свободы действий.

Наступила пора так называемого «физического» человека, когда благодаря рационализации его движений, расположения инструментов и оборудования на рабочем месте достигалась высокая эффективность производства. Процесс промышленного производства наглядно показывал, что путь к успеху в те годы лежал через создание «модели» рабочего места «с малой свободой действий». В этих условиях рабочий выступал как придаток машины, как гибкая часть производства для быстрой адаптации к изменяющимся технологиям.

Этот период дал резкий скачок в росте производительности труда. Исследования условий труда были важной ступенью в осмыслении социальных резервов производства. Этот этап начался в истории промышленности примерно с 20-х годов XX столетия. Уже тогда достаточно четко было сформулировано представление о работнике как элементе процесса производства, на который (в отличие от других элементов) самым непосредственным образом влияют практически все без исключения факторы производственной среды: шум, вибрация, температура, влажность, освещение, загазованность, окраска помещений и оборудования.

Серьезный вклад в изучение этих проблем внесли французский исследователь А.Файоль (1841 – 1925). Учет требований социально-биологического характера способствовал поиску резервов по сохранению высокой работоспособности человека в течение длительного времени.

Впервые, когда было обращено внимание на биологические особенности человека в процессе производства, в основном учитывались очевидные факторы, воздействующие на физиологические особенности работников, – освещенность, температура, «чистая», «грязная» или вредная работа.

Видное место на этом этапе заняла деятельность по улучшению техники безопасности, чтобы защитить человека от возможных тяжелых и даже трагических последствий в процессе взаимодействия с техникой. В тридцатые годы в США получила развитие индустриальная социология . Ее оформление в самостоятельную школу связано с так называемыми Хоторнскими экспериментами и "доктриной человеческих отношений", одним из Ведущих авторов которых был американский социолог Э.

МЭЙО (1880—1949). Суть Хоторнских экспериментов заключается в изучении внутригруппового человеческого фактора в повышении производительности труда. В ходе экспериментов, проводившихся на протяжении пяти лет целой группой специалистов с привлечением особых методов и специально разработанных методик, было установлено, что члены группы ведут себя отличным от индивидуального поведения образом, а именно в контексте групповых отношений.

Жесткая организация и иерархия подчинения отрицательно воздействуют на психику индивидов, вступая в противоречие с "чувством свободы". Управление людьми в производственных коллективах должно быть нацелено не только на конечный продукт, но и на человеческие взаимоотношения. Таким образом, увеличение производительности труда может быть достигнуто, если будут налажены благоприятные взаимоотношения в первичной производственной ячейке.

Показательно, что Э.Мейо начинал свои эксперименты как исследователь условий труда (освещенности, температуры), в ходе которых было зарегистрировано влияние неизвестного фактора « X », который в конечном счете был обнаружен и вошел в историю социологии под названием «теории человеческих отношений», Работник будет всегда пассивным участником трудового процесса, если не будет вовлечен в управление делами производства, в творческий поиск, в поиск резервов и их осознанное использование.

Однако путь к реальному участию людей в управлении производством оказался долгим и тернистым. Тем более что на первом этапе использования человеческого фактора на производстве этот резерв отрицали даже самые передовые из его поборников. Так, Ф.Тейлор считал, что работник должен оставить за воротами завода свои религиозные, политические и нравственные ценности.

Однако жизнь показала, что участие в общественной деятельности, несмотря на издержки различных ее форм, влияет на стабильность и результативность производственной деятельности работников.

Генезис идеи участия людей в управлении начался с осмысления роли управления в процессе функционирования производства. Эта революция в управлении уже в начале XX века позволила убедительно доказать, что управление – это наука, которую надо осваивать, учиться применять и постоянно обновлять. В трудах Г.Форда, Г.Эмерсона, А.Файоля содержатся первые попытки убедить предпринимателя-капиталиста осваивать науку управления, в которой учет интересов и запросов подчиненных им людей рассматривался особо.

Затем с 20-х годов XX века наступила «революция» специалистов-управленцев, которые часто были только уполномоченными собственников капитала, но могли организовать и управлять производством более эффективно, чем сами собственники. Управление стало специальностью особой социальной группы людей – менеджеров, роль и значение которых в 30–50-е годы настолько возросла, что их деятельностью объясняли все достижения индустриального мира.

Даже более, о них стали говорить как о людях, вытесняющих собственников из сферы управления. В 30-е годы была осознана необходимость считаться с интересами и потребностями всех (или многих) работников производства и, более того, попытаться привлечь их к соучастию в принятии решений, к сотрудничеству с руководителями производства. При решении насущных задач производства остро встал вопрос о том, чтобы отойти от представлений о способах организации труда путем запретов и прямой веры в животворную силу команды.

Производство постепенно двигалось к норме, когда руководитель совместно с подчиненным ищет ответ на поставленные жизнью проблемы.