ТЕХНОЛОГИЯ СДАЧИ

В начале 90-х годов американское руководство в качестве основной угрозы для дальнейшего процветания США признало перенаселенность планеты и исчерпание ее ресурсов, а в качестве способа парирования угрозы - снижение "антропогенной нагрузки" на биосферу за счет остального мира. Естественно, что для насильственного установления подобного мирового порядка, им потребовалось продемонстрировать абсолютное военно-политическое превосходство. Именно для этого они провели операции устрашения в Ираке и Югославии, отказались от ратификации ДВЗЯИ и приняли закон о развертывании широкомасштабной ПРО.

На этом фоне Россию принуждают к срочной ратификации трех международных договоров, заключенных примерно десять лет назад, но так и не одобренных ни одним из предыдущих составов депутатов. Речь идет об уже состоявшейся 14 апреля ратификации Договора о дальнейшем ограничении и сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2), а также об ожидаемой 21 апреля - Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) и, вероятно, в мае - так называемого "Договора об открытом небе", который облегчит создание США так называемых "цифровых карт" России - "путеводителей" крылатых ракет и другого высокоточного оружия.

Иллюстративен пример, якобы, "открытого обсуждения" (10 апреля) Комитетом по международным делам Госдумы договора СНВ-2 в атмосфере чрезвычайной экстремальности. На нее обратил внимание председатель Комитета Д.Рогозин, ссылаясь на внеочередность (рассмотрение планировалось на май), скоротечность (через 2 часа ждут доклада на совещании руководителей фракций Госдумы, а через 3 - на Совете безопасности РФ) и конфиденциальность заседания (отсутствие прессы и узкий состав приглашенных экспертов).

При изложении позиции министерств обороны и промышленности России, начальник Главного оперативного управления ГШ ВС РФ Ю.Балуевский, Главком РВСН В.Яковлев и Генеральный конструктор всех наших "перспективных и универсальных ракет XXI века" Ю.Соломонов выглядели неубедительными и противоречивыми. Их заявления, что не подпадающие под действие СНВ-2 мобильные ракеты "Тополь" в 7 раз эффективнее любой из наших шахтных ракет с разделяющимися головными частями, вызвали возмущенные реплики присутствовавших. (Ранее утверждалось обратное: шахтные ракеты с разделяющимися головными частями, созданные под руководством директора института ЦНИИМаш В.Уткина, в 2 раза эффективнее остальных ракет, их высокие возможности по поражению объектов, защищенных системой ПРО, признаны специалистами США.)

Упомянутые докладчики руководствовались чем угодно, но только не сохранением российской национальной безопасности. Например, "заслуженный работник образования", Главком РВСН В.Яковлев был озабочен тем, как бы "не поставить крест договорному процессу" (ратификация этого договора нужна маршалу И.Сергееву для оправдания ложного пути развития РВСН (мобильных Тополей) вследствие ориентации на СНВ-2 в течение 7 лет), а глава МИДа, И.Иванов больше всего беспокоился о "сохранении всеобщей безопасности, стратегической стабильности и режима нераспространения ядерного оружия", а спешную ратификацию СНВ-2 объяснил своим участием в работе конференции по нераспространению ядерного оружия, запланированной на третью декаду апреля в Нью-Йорке.

В итоге, депутат А.Митрофанов, упрекнул выступающих в том, что военным и промышленникам "от Госдумы следует требовать средств", а не одобрения проводимой ими губительной для России военно-технической политики, ссылаясь на их отсутствие и надеясь на разделение ответственности. С ним согласились и другие депутаты, полагавшие, что такая позиция более свойственна финансистам и ООН, а не представителям МО и МИД, ответственным за национальную безопасность и международный престиж России.