Сайт "Фанфики из России" представляет: Камень Семи Чаш© Venom |
| 1. Звук колокола гулко разносился в утреннем небе. Стая ворон с громким карканьем взметнулась с колокольни и исчезла в высоте. Это было очередное осеннее утро, еще одно утро, которое могло изменить весь мир… Аджантис проснулся рано. Внизу, в харчевном зале, уже гудели голоса уставших после ночной дороги путников. Слышался стук деревянных кружек и раздавалось веселое гоготание. В комнате пахло намокшим деревом – ночью прошел дождь и древесина, которой была отделана комната, отсырела. Аджантис был паладином – служителем Господа. Он совершил двадцатидневный переход через горы, чтобы прийти в этот город. В его помощи нуждался пастор местной церкви, и паладин преодолел путь так быстро, как смог. Он пришел в эту таверну вчерашней ночью. Его тело было обессилено и, добравшись до постели, Аджантис мгновенно заснул. Утро застало его совершенно разбитым. Голова раскалывалась, а любое движение отдавалось в конечностях тупой болью. Поднявшись с кровати, паладин опустился посреди комнаты на колени и совершил молитву, одновременно с этим призвав к себе силы излечения. Его тело на миг окуталось белым свечением, но спустя несколько мгновений свечение исчезло. Состояние путника сильно изменилось в лучшую сторону. Разум просветлел, а ноги и руки снова слушались владельца. Аджантис подошел к ведру с водой, зачерпнул ладонями ледяной жидкости и умыл лицо. Бодрость множеством приятных уколов пробежалась по телу, окончательно избавив человека ото сна. Одев свои адамантовые латы – подарок настоятеля северного монастыря, где молодой воин рос и воспитывался, Аджантис спустился вниз, чтобы позавтракать и поговорить с местными жителями о странных событиях, которые пастор упомянул в своем письме. Харчевня ничем не отличалась от десятков таких же в других городах – большой зал с каменными стенами, на которых висят щиты и факелы, ряд длинных столов посередине и десяток маленьких круглых столов по краям, большая бронзовая люстра, в которой дымились только что затушенные свечи и огромный трактирщик – бывший охранник караванов, накопивший достаточно денег чтобы открыть свое дело. В харчевне было немноголюдно. В углу сидело двое гномов. Они пили пиво из больших кружек и о чем-то оживленно спорили. За большим длинным столом сидело четверо воинов. У них был очень уставший вид, а на доспехах виднелись свежие вмятины и царапины – по всей видимости, они побывали в жестоком бою. В зале находилось еще несколько человек, но паладина они мало интересовали. Его внимание привлекли эти четыре воина. В их ауре проскальзывали интересные моменты. Аджантис направился к столу. Увидев его приближение, воины встали, повинуясь древнейшей традиции. Паладинов легко можно отличить от остальных людей по сияющим белым светом глазам без зрачков – эффект переполняющей их Божественной силы. Один из воинов, наверное командир, протянул ему руку и сказал: - Рыцари северной крепости приветствуют тебя,
благородный паладин! Как твое имя, и что привело
тебя в эти земли? (при этих словах остальные
посетители таверны притихли и стали внимательно
прислушиваться к разговору). Паладин закрыл глаза. Огромная скорбь захлестнула его душу, отразившись болью в сердце. Яков заменил ему отца и наставника, когда его, еще младенцем, оставили на пороге церкви. Душа паладина отличается от души обычного человека, и когда он чувствует боль или радость, его эмоции распространяются на окружающих его людей. Так было и сейчас – все посетители почувствовали сильную душевную боль, боль утраты. Аджантис подавил свои эмоции и вернулся к разговору. - Вы знаете, откуда пришла нечисть? Паладин излечил воинов и сел за стол рядом с ними. Разговор продолжился, и хотя Аджантис старался скрыть свою скорбь, рыцари, время от времени, чувствовали исходящие от него волны грусти. - Позвольте мне узнать ваши имена. Все встали из-за стола и разошлись по своим делам. Дарен пошел руководить постройкой частоколов и рытьем рвов, Гризволд встал посреди главной площади и начал созывать народ, чтобы втолковать людям, что случилось и раздать оружие ополчению, Эрик направился к дому, в котором разместились уцелевшие монахи, чтобы рассказать о принятом в таверне решении, а Аджантис и гномы стали помогать крестьянам строить укрепления. Не смотря на то, что паладин был человеком, его сила превосходила силу двух вместе взятых гномов, что вызывало у горожан искреннее удивление. Все дело было в святой мощи, которую он питал из своей веры. Аджантис очень жалел, что в городе не было мага, или, на худой конец, провидца. Хотя паладин и не любил людей, занимающихся оккультизмом, справедливо считая, что вся магия – это порождение демонического влияния, сейчас помощь одного из таких людей оказалась бы не лишней. Возведение препятствий продвигалось быстро. Уже к вечеру город окружали системы рвов и изгороди из частокола. Зот и Янз сбегали в рудник и привели с собой еще десять гномов. Мечники лорда Лакадана не появлялись, и это встревожило молодого паладина. Спасительное солнце скрылось за темной стеной леса и ночь накрыла город пеленой мрака. Через несколько минут дозорный-гном (только они могли спокойно видеть в темноте) затрубил в рог и закричал, что враг надвигается. Огибая деревья и гулко ступая по траве, из леса начали выходить порождения Ада. Паладин взобрался на колокольню – самое высокое место в городе, и призвал к себе на помощь очищающий свет. На мгновение все люди зажмурились от яркой вспышки, озарившей городские стены и подходящую к ним нечисть. В воздухе над паладином повис большой ярко светящийся белым светом шар. Он сиял так ярко, что вокруг сделалось светло, как днем. Скелеты, завидев сияние, бросились бежать обратно в лес, но было поздно – из шара в сторону нападающих устремились ослепительные белые лучи. Настигнув жертву, они испепеляли ее дотла. Ряды атакующих заметно поредели, но и силы паладина были не безграничны. Свечение начало меркнуть и, вскоре, совсем погасло. Увидев, что им больше ничто не угрожает, твари снова, как безумцы: неустрашимо и бездумно, пошли на приступ города. Паладин спрыгнул с семиметровой колокольни и встал в ряды ополченцев. Аджантис заглянул в лица людей и увидел там страх, страх смерти. Гномы были спокойны и только сердито посапывали, дожидаясь схватки. Штурм начался. В людей полетели стрелы – вражеские лучники прятались между деревьев. Полностью скрываемые листвой, они были трудными мишенями для ответного огня. Первые скелеты уже начинали перелезать через изгородь. Дарен гаркнул: “В атаку”!!! И горожане бросились на нападающих. Со стороны стены послышался звон сталкивающихся мечей. В три прыжка паладин преодолел расстояние, отделявшее его от изгороди и врубился в ряды неприятелей. Скелеты с противным хрустом разламывались под его мечом, отлетая в сторону на несколько метров. Аджантис превратился в сияющий вихрь, он размахивал мечом с такой быстротой, что его фигура стала размазываться в воздухе. Горожане сражались отчаянно и бесстрашно. Каждый человек, держащий оружие в этот миг, знал, что он бьется за свой дом и за свою семью. Скелетов становилось меньше, теперь они двигались не сплошным потоком, а мелкими группами, с которыми легко справлялось ополчение. Скелет, в одиночку, не представлял собой серьезной опасности, так как он не обладал ни большой силой, ни мастерством, ни подвижностью. Люди стали замечать, что побеждают, и это подняло их боевой дух. Когда последний скелет упал на землю, раздробленный молотом Янза, над городом поднялся победный гул, состоящий из криков и стука мечей об щиты. Не смотря на всеобщее ликование, в сердце паладина не было радости. Наоборот, внутри него нарастала тревога. Все это было слишком просто, а врагов – слишком мало. Но пока все было спокойно, людям нужно было отдохнуть и набраться сил перед следующим боем, который, как казалось паладину, состоится очень скоро… Игер сидел на большом камне и жадно кусал жареную баранью ногу. В горах было холодно, поэтому, поверх кольчуги, на нем была накидка из шкур. От костра, на котором жарился только что убитый баран, обильно валил пар. Ветра не было, и это радовало варвара – можно будет пройти оставшийся путь спокойно, не опасаясь пурги и снежных заносов. Доев аппетитно пахнущую тушу, Игер поднял большой широкий меч в стальных, обтянутых кожей ножнах, перекинул через плечо походную сумку и, с некоторым сожалением откинув в сторону обглоданную кость, направился в сторону равнины, туда, куда указали ему духи предков. Не смотря на то, что варвар прекрасно ориентировался на местности, этот район гор был ему не знаком и он начинал думать, что немного сбился с пути. Ему на удачу, мимо ехал всадник. На нем были латы, которые не использовали жители гор. Варвар встал на пути у коня и, выставив вперед руку, сказал на общем языке: - Эй! Постой немного! Можно у тебя спросить
кое-что? – Всадник остановился и с интересом
посмотрел на коренастого широкоплечего варвара. Варвар запрыгнул на коня и люди поскакали обратно в долину… Неолу никогда не нравилась эта затея. Переться во владения друидов для того, чтобы найти “Родник молодости”, а самое главное – зачем? Дайдрену было тридцать, как говорится, самый расцвет сил, что это ему взбрело в голову? Такие мысли витали в голове молодого вора, который всего год назад, после встречи с паладином по имени Аджантис, переквалифицировался в разведчика. - Слушай, Дайдрен. Лес с каждым шагом сгущался. Ветви заслоняли собой и без того неяркое осеннее солнце, навевая полумрак на еле различимые тропы. В этом лесу ходили мало, в основном друиды да, иногда, эльфы. Неола и Дайдрена не заметили только потому, что маг сделал себя и своего товарища невидимыми. Этот лес недаром назывался Лесом говорящих листьев. Он был весь пропитан магией, казалось, что каждое дерево в нем живое и говорит с тобой. Те несчастные, которым не посчастливилось заблудиться в нем, сходили с ума. Их находили через несколько дней на окраине деревни, поседевших и что-то бормочущих на непонятном языке. Все эти не очень приятные факты были хорошо известны Неолу, и, честно говоря, не добавляли ему оптимизма. Разведчика немного удивляло то, что Дайдрен не проявлял никаких признаков беспокойства, наоборот, он продвигался вперед бодрой походкой, в пол голоса напевая какую-то балладу. Маг чувствовал силу родника, так что сбиться с пути искателям приключений было почти невозможно. Живой коридор, состоящий из вековых дубов, сузился до нескольких метров. Свет уже почти не пробивался через их кроны и люди продвигались в молу мраке. Вдруг, тишину нарушил тихий свистящий звук, но за секунду до этого вор отпрыгнул в сторону, а маг создал вокруг себя защитное поле. Черная стрела с блестящим наконечником ударилась о невидимую преграду и отскочила в сторону, за ней последовало еще несколько. В голове у Неола промелькнула мысль: “Ну вот мы и встретили охранников. Я же говорил…но как!? Мы же невидимы!” На развитие мысли не было времени. Стрелы летели со всех сторон и разведчик еле успевал уворачиваться. Маг создал второе защитное поле вокруг своего товарища и, проговорив заклинание, выставил вперед руку с разжатыми пальцами. Через секунду с нее, в сторону предполагаемых врагов, сорвался огненный шар. Он с низким гулом полетел к трем стоящим рядом деревьям, из-за которых летели стрелы, и, достигнув цели, взорвался. В воздухе запахло горелыми листьями и паленой кожей. Поток стрел прекратился. От деревьев остались лишь обугленные пеньки, возле которых лежали три трупа. Дайдрен обернулся к спрятавшемуся за дерево разведчику (тот не особенно доверял защитным свойствам магии) и сказал: “Пойдем, посмотрим, кто в нас стрелял”. Неолу не сильно приглянулась эта мысль, но, видя, что нападение не продолжается, он все-таки вышел из-за дерева и направился вслед за Дайдреном. Подойдя к обугленным пням, люди увидели останки нападающих. К их удивлению, это были не эльфы. Сожженные существа были похожи на людей, только их кожа была синего цвета, а пальцы оканчивались когтями. Неол обернулся к магу и спросил: - Дайдрен, ты видел что-нибудь подобное? Люди быстрым шагом скрылись в зарослях. Они не прошли и сотни метров, когда почуяли в воздухе зловонный запах разлагающихся трупов. Пройдя еще немного вперед, пара вышла на просторную поляну. То зрелище, которое они увидели, заставило содрогнуться даже хладнокровного, видавшего виды Неола. Вся поляна была завалена трупами эльфов. Они были разодраны на куски, разрублены пополам или вообще раздавлены. Кровь большими красными лужами растекалась под кучами изуродованных тел. Над ними, противно жужжа, кружились мухи. Друзья молча переглянулись. Посреди поляны, стоя на одном колене и истекая кровью, стоял эльф. От его кольчуги остались только обрывки, а его тело было сильно изранено. Дайдрен снял с себя и Неола чары невидимости и медленно стал приближаться к эльфу. Завидев странников, тот моментально вскинул лук, но, увидев, что эти двое не похожи на напавших на них врагов, опустил оружие и обессилено упал на землю. Люди подбежали к эльфу – тот был еще жив. Дайдрен прочитал заклинание излечения, и раны воина, засветившись мягким желтым светом, затянулись. Через несколько секунд глаза эльфа открылись и он постарался подняться, но Неол не дал ему сделать этого, положив руку на плечо. Дайдрен сказал: - Не спеши, бой уже окончен. Что произошло? Заявление Имрика не вызвало у Неола радостных иллюзий. Даже если они и найдут это существо, то как его одолеть? Ведь оно перебило целый клан эльфов! Он посмотрел на Дайдрена, но тот утвердительно кивнул. “Сумасшедший” – подумал вор. - Хорошо, мы согласны. Эльф повел людей скрытыми, одному ему ведомыми тропами. Солнце начинало скрываться за линией горизонта. Его слабый свет, еле пробивающийся через густые кроны деревьев, стал еще тусклее. Мрак медленными уверенными шагами надвигался на лес. Имрику не нужно было освещения, чтобы находить дорогу в темноте. В отличие от него, люди спотыкались о корни и поскальзывались на мокрой траве. Через несколько минут пути Дайдрену все это надоело и он, выставив вверх указательный палец, пробурчал заклинание света. На кончике его пальца образовался небольшой сияющий белым светом шар, который и освещал дорогу путникам в течение всей дороги до города. Когда путники огибали упавшее многовековое дерево, сзади от них раздался низкий рык и из-под ствола выползло существо. Оно было приблизительно двух метрового роста и имело смолянисто-черный цвет кожи. Было явно заметно, что оно поджидало добычу, которой стали люди. Тварь несколько секунд осматривала группу, а потом с ревом бросилась вперед. Дайдрен метнул в нее огненным шаром, но тот только отскочил от существа и взорвался, ударившись в соседнее дерево. Неол достал из-за спины свою катану, готовясь к ближнему бою, а Имрик уже целился в тварь из своего лука. Раздался легкий гул тетивы и тонкая эльфийская стрела, блеснув в темноте, устремилась к цели. Существо взвыло, зажимая лапой правый глаз, из которого торчал обломок стрелы и сильно лилась кровь. Не теряя времени, Неол подпрыгнул к нему и нанес свой коронный удар, проткнув тварь на сквозь. Раздался гулкий булькающий звук и Существо, издав предсмертный рык, упало на траву, конвульсивно дергаясь в луже крови, которая тугой струей била из раны. Через несколько секунд его агония прекратилась. Путники в недоумении собрались вокруг странного трупа. Даже живший в этих местах триста лет эльф не смог сказать, что это за зверь. Огромное, хорошо сложенное тело с сильно развитыми мышцами, казалось, было создано для боя. Пальцы на руках оканчивались длинными черными когтями. Его кожа была твердой, а глаза светились угасающим светом. Тишину прервал Дайдрен. - Знаете, я в первый раз вижу существо, от
которого отскакивают огненные шары. Это же
невозможно! Я должен взять образец его кожи и
хорошо изучить. – К монологу мага подключился
Неол. Разговор был прерван оглушительным ревом. Существо резко вскочило на ноги и, схватив Неола правой рукой, швырнуло его об ближайшее дерево. Вор вскрикнул и потерял сознание. Потом зверь хотел достать эльфа, но тот моментально отпрыгнул в сторону и, снова прицелившись, пустил стрелу во второй глаз существа. Разъяренно зарычав, ослепший зверь начал крушить все вокруг. Он ломал деревья, вырывая их с корнем и переламывая их пополам. Удивительно, но он не потерял способности ориентироваться на местности! Тварь целенаправленно продвигалась к людям. Ярость затмила ее рассудок и она уже не думала о своей безопасности. Тварь мчалась на людей, когда из-за ближайших зарослей выпрыгнул темный силуэт. Блеснула сталь и раздался громкий хруст, который смешался со звуком разрубаемой плоти. Послышались приглушенные звуки нескольких ударов, а потом все стихло. Потом люди услышали тихие приближающиеся шаги. Из зарослей, вытирая свой меч от крови, вышел Игер. Во второй руке он держал голову существа. Он подошел к ошарашено смотрящим на него друзьям и сказал. - Странно, это создание внутри как будто состоит из смолы. Мне потребовалось несколько ударов, чтобы отрубить ему голову! Варвар поднял глаза с меча на товарищей и уловил их изумленные взгляды. - Что-то случилось? – Дайдрен первым снова обрел
дар речи. продолжение следует...
© Venom |