Сайт "Фанфики из России" представляет: Creation of Fuss |
Part VI
Стемнело. Бежать? Некуда. Я вообще не помнила, откуда пришла. Стоять здесь? Глупо. Прошло минут двадцать... и я решила, все-таки, хоть что-то сделать... Еле различая что-либо, я подошла к двери. И, почему-то, очень надеялась, что именно эта вещь окажется дверью. Собрав всю свою разбежавшуюся по темным углам смелость воедино, я решительно постучала. Ни звука в ответ. Я постучала еще раз, гораздо громче. За дверью послышались какие-то шорохи. Тут до меня дошло (благодарение Господу за малые милости...), что я что-то не то делаю. Но внезапно двойные металлические двери распахнулись, осветив меня и немного пыльной земли вокруг. На пороге стоял пожилой человек. Седые волосы; немногочисленные, но заметные морщины... на вид ему можно было дать не больше сорока с учетом того, что здесь люди редко доживали до пятидесяти. Однако глаза выдавали в нем яростную натуру, - такие глаза обычно принадлежат двадцатилетним парням, пытающимся пробиться в неограниченную стереотипами жизнь. Хотя, в этих светло-серых глазах светилась не только ярость – это были глаза умного человека. Что, конечно же, радовало... Окинув меня разъяренным взглядом “человека, которого постоянно отвлекают”, мужчина вопросительно на меня посмотрел. В голове пронеслась мысль, что, возможно, Ричалсу тогда ничего смертельного не сделали, но... насколько мне известно, тому Джозефу было не более двадцати пяти... Мужчина откашлялся и негромко спросил: - Чем могу быть полезен? Я упорно продолжала молчать. Он снова вопросительно на меня посмотрел, а затем сложил руки на груди и, прислонившись к косяку двери, стал ждать. Ждать ему пришлось недолго. Левая сторона его лица осветилась, и я увидела тот самый шрам, который ему, вроде как, подарила его первая мокка. - Здравствуйте, вы Джозеф Ричалс? Мужчина продолжал молчать, внимательно меня изучая. - Здравствуйте, а вы Энн? Меня снова озадачили.... - А... вы знаете мое имя? – подозрительно спросила я. - А вы знаете мое? - Перестаньте отвечать вопросом на вопрос! Ричалс промолчал. На его лице застыло выражение сожаления, и он поспешно отвернулся: - Проходите, не будете же вы стоять... – он замолчал. Обернувшись, он увидел, что я вросла в землю и вообще не произвожу видимое впечатление живого человека. - У вас есть доказательство того, что вы Джозеф Ричалс? - А вас это действительно волнует, Энн? Боюсь, правда окажется намного ужасней, нежели ложь... Я прервала его: - Она не может оказаться ужасней того, что уже мне известно, - я нервно рассмеялась, - правда, я почти ничего не знаю!.. Вас, ведь, должны были казнить по закону о нарушении расчленения людей в любом состоянии последних. Это ведь ваша нотариальная контора, не так ли? Джозеф пришел в бешенство: - Это вам не какой-нибудь детектив, мисс! Перестаньте строить из себя непобедимого секретного агента! Какой вздор!... Проходите. А то стоите за порогом, - он отошел в сторону, - а-а... вижу. Не доверяете? Если я вам нож дам, вы войдете? Я была еще раз мягко озадачена. С сомнением посмотрев на него, я только намеревалась спросить, зачем мне нож, как он пояснил: - Для самообороны. Я не сдвинулась с места. Продолжая его пристально разглядывать, я пыталась найти объяснение поступку Сэймона, ведь у него должна была быть причина, вследствие которой он бы лгал своему народу. Я перевела взгляд на пол... шаг, другой...
Не знаю, сколько прошло времени. Я сидела за столом, на котором красовался горячий ужин, и с большим удовольствием рассматривала рисунки Джозефа. История нашего города за последние девять лет. Сэймон, задумчиво рассматривающий какое-то изобретение в лаборатории. Простые жители... наброски улиц, домов – с рисунков переходила реальность. У меня создалось впечатление, будто бы я была при каждом событии, нарисованном здесь... Но я ничего не помню. В нашем городе люди часто забывают то, что было, казалось, совсем недавно. В памяти остаются только чувства – никаких картин произошедшего. Мы живем, ориентируясь только на эмоции... Забавно. Но это даже в какой-то степени лучше, чем, если бы всякий раз перед глазами появлялось застывшее лицо любимого человека. Нет, я не клоню к Элизабэт – за последние несколько лет население значительно уменьшилось... поэтому, рождение каждого ребенка для нас – настоящий праздник... Перелистывая очередную страницу альбома с рисунками, я подумала, что обо всем происходящем в этом городе знает лишь один Сэймон. Я отвлеклась на созерцание большой картины на стене, а когда посмотрела на новую страницу, то замерла. - Это Кэсс с родителями. Девочка лет шести... да, это Кэсс. Ее каштановые волосы, черты лица... вот только взгляд смелее, чем сейчас. Она счастливо улыбается, держа руку матери. - Я их очень хорошо знал, - Джозеф рассмеялся, - в этом городе почти все знают друг друга, - его взгляд внезапно похолодел, - потому что здесь заняться больше нечем... Я снова посмотрела на рисунок. Джозеф объяснил мне чуть раньше, что вначале он зрительно запоминал сцену, а затем воспроизводил ее на бумаге. - Вы и Эйса знаете... Он повернулся и посмотрел мне в глаза: - Знал. Джозеф Эйс погиб восемь лет назад. Я с немалым удивлением уставилась на него: - Как погиб?! Он улыбнулся: - Мучительно. В лаборатории произошла авария. Разве вы не знали? - Откуда бы я... но почему об этом никто не знает?! Нет... вы... вы что-то путаете, - ВСЕ уверены в том, что он жив! Сэймон даже говорил, что сделает его своим приемником... Он не может быть мертвым! - Может, Энн, и есть, - Джозеф устало обвел взглядом собственный дом. Наступила тишина. Я сосредоточено смотрела сквозь Джозефа, а он остановился взглядом на картине и, махнув в ее сторону, произнес: - Это то, что было здесь раньше. Тогда, до катастрофы... Я с трудом заставила себя повернуть голову в предложенном направлении. Вид, наверняка, был с моста – дорога, уходящая далеко вперед, по ее сторонам вереницы домов... Не таких, как наши. Снаружи они более... содержательны, что ли... слишком много окон... - Наземный транспорт? – я изумленно стала вглядываться в отъезжающую машину. - Да, Энн, - Джозеф смотрел на картину с сожалением, - хм, мне кажется, что все это было вчера... Но это, ведь, не так... прошло так много лет, - он устало вздохнул, - кто бы знал, что все может обернуться не лучшим для нас образом... - Как давно вы ее нарисовали? – я, не отрываясь, смотрела на картину. Он ничего не ответил, и я повернулась к нему. – Джозеф...? Он с мрачным интересом рассматривал меня. - Вы не хотите... - Нет. - Тогда... - Почему? - Да. - Вы многого не знаете, Энн. То, что говорил человек, которому вы, почему-то слепо верите, - бред. Никакой мокка я не создавал, - он загадочно улыбнулся и ушел в соседнюю комнату. В голове начало появляться подобие бардака. Я уже не знала, кому верить... Джозеф вызывал чувство нестабильности в настоящем, подчиняя прошлое скрытому сомнению. Я решительно встала со стула и, аккуратно положив альбом на стол, направилась за ним. Комната, в которую я попала, наверняка, когда-то... когда-то очень давно... была лабораторией. В центре – большой стол, на котором стояли многочисленные сосуды и абсолютно непонятные мне вещи. - Это ваша лаборатория? Я оглядела помещение – Джозефа здесь не было... Черт, но он же зашел именно в эту... - Трудно не догадаться. Его голос донесся из-за спины. Я обернулась – Джозеф стоял около меня. - Моя последняя лаборатория... - Что?.. Джозеф снова как в тот раз загадочно улыбнулся и уверенно ответил: - В вашем понятии, это – моя последняя лаборатория. - Простите...? - я огляделась в поисках выхода из этого дома, предчувствуя наступление чего-то весьма неприятного. Он загородил собой проход: - Вы не уйдете отсюда, пока не узнаете все, Энн. Я подняла голову и заглянула в его холодные глаза: - Ведь именно за этим я и пришла... Он втолкнул меня обратно в лабораторию и произнес: - Вы ведь циник по призванию, Энн? - С чего вы... - У вас взгляд особенный. Вы не смотрите на человека как на живое существо – вы смотрите на него, как на образ, иллюзию. И видите его насквозь. Вы не даете людям второго шанса – для вас это неприемлемо. Вы любите людей, которые не знают, какая вы на самом деле – и это хорошо. Потому что, если бы они знали, они никогда бы даже с вами не заговорили. Вы убегаете от реальности... - Замолчите... - я задыхалась от этих слов – они выворачивали меня наизнанку. Он повысил голос, продолжая прерванную характеристику: - ... живя в маленьком отсеке довольно-таки громадного корпуса. У вас нет друзей – простых смертных, вы ищете, что поинтересней. Дик... Я изумленно взглянула на него. - О нем вы вообще ничего не знаете, но ведь вам это не мешает, правда? Вы догадываетесь, кто он и чем занимается. Вы видите это в его глазах, и вам это безумно нравится, - он довольно улыбнулся, увидев мое лицо, - вы сейчас злитесь на себя. Из-за того, что вас раскрыли... Он отошел от меня и направился к столу. Я не двигалась. Я была в шоке. Мне казалось, что на меня понавешали ярлыков всех отвратительных людей мира. Об этом никто не должен знать... Я обернулась. Джозеф, довольно улыбаясь, стоял напротив меня. Нас разделял старый стол. В его руках я разглядела фазовый ключ. - Вы все сказали? – мой голос звучал затравленно. - Нет. - У меня мало... - Я знаю. - Я жду. Джозеф обогнул стол и, подойдя ко мне, протянул руки: - Вы знаете, что это. Вы это открыли. Вы были там. Но реальность – это не всегда то, что вы видите. Я задумчиво посмотрела на него: - Я ее не вижу – ее нет. Но ее жалкое подобие я чувствую, - я опустила голову и прикоснулась к ключу, - зачем вы... - Вы открыли то, что не следовало открывать. Ключ наведет вас на его содержимое, Энн. Я подняла голову: - Вы не можете быть живы... я поняла это. Сэймон не мог... Он злобно рассмеялся: - Прекратите видеть иллюзии, Энн! - Вас казнили... - Вы лжете себе... Я резко отошла от него: - Откуда вам знать?! Вы не можете проникать в мое сознание!.. Джозеф осторожно положил ключ на стол и направился ко мне. - Вы мертвы, Джозеф... – я начала отходить от него и внезапно натолкнулась на стену, - вас ЗДЕСЬ нет! Он приближался. Я чувствовала, что теряю ощущение реальности... - Нет, вас здесь... нет... – веки отяжелели и я, с ужасом оглядывая лабораторию, заметила, что стены начинают осыпаться от старости, а все инструменты, в том числе и ключ, - покрываться паутиной... Я взглянула на Джозефа – он старел на глазах... его кожу, уже покрытую сине-зелеными пятнами, постепенно разъедало, но глаза горели ненавистью и гневом... - Джозеф... - Нет, Энн, - хриплый голос ворвался в мое тускнеющее сознание, - это ВАС здесь нет. Я уехал отсюда незадолго до катастрофы, а вы... – он уже прижал меня к стене, но я против воли ставшими огромными от ужаса глазами продолжала смотреть на него. Джозеф почти закрыл глаза и наклонился ко мне. Около виска я почувствовало его дыхание, и в моей голове раздались его слова: - ... вы все отправились прямиком в ад на следующий же день. Я потеряла сознание...
Внезапно, я все вспомнила. Перед глазами проносились воспоминания – мои воспоминания... как приятно это видеть... я почувствовала пощечину. Затем другую... кому-то это явно нравилось... - Энн!!! Я резко вздохнула и открыла глаза. Серое небо... ? Я, освободившись от Кэсс, поднялась с земли и, нетвердо прошла несколько метров. Затем остановилась. И нервно стала оглядываться в поисках дома Джозефа. Дом был здесь – обгоревший и почти до основания разваленный. Я не чувствовала реальности происходящего... - Энн, что случилось? – обеспокоено спросила Кэсс. Я посмотрела на нее. Кэссэди... - Нас больше нет... End of Part VI.
© Andy Samon |